Информационный портал

О ЧЕМ НАМ ХОТЯТ СКАЗАТЬ СНЫ?

Опубликовано - 16 июля 2010, в раздел - Женский блог, просмотров - 2 493



О ЧЕМ НАМ ХОТЯТ СКАЗАТЬ СНЫ?

Автор: сайт



О ЧЕМ НАМ ХОТЯТ СКАЗАТЬ СНЫ?



ЧАСТЬ 1


Из окна струилось робкое, но неизбежное сияние рассвета. Оно про-
сачивалось сквозь веки, и даже сон становился светлее и, при этом, в ноч-
ных образах сна появлялась бледность. Рассвет, словно школьной резинкой,
стирал черноту, но усиливал размытость и неясное беспокойство.

Это - предельная грань сна, иллюзий, образов и реальности. Предметы
приобретали очертания. Но мысли все еще были под влиянием ночного сна
и никак не хотели избавиться от размытости и приобрести какую-то форму
или хотя бы относительную четкость. Они, казалось, ждут сигнала: солнеч-
ного луча или звонка будильника, или аромата утреннего кофе.

Реальность не пугала, просто в ней чего-то пока не хватало. Не хватало
присутствия радости. Почему на рассвете у нее уже давно нет радости?

Она оглянулась. Рядом на кресле делала вид, что спит ее кошка Чарли,
верная подружка и потрясающая собеседница. В их длинных вечерних диа-
логах кошкины мыр, мур, фыр, ур, урч, мя, миа вдохновляло, давало ответы
на все вопросы, кроме одного – почему на рассвете от нее ускользает радость.
Она где-то рядом, но ее нельзя коснуться и даже слегка почувствовать ее
тепло – она в параллельной плоскости.

Потом, спустя час или два, радость появляется, причем, во многих вариа-
циях:
- радость от солнечного луча,
- радость от пения птиц,
- радость от шума ветра и дождя,
- радость от шума просыпающегося города,
- радость от аромата кофе.

Вот, кажется, она – эта причина. Причина, скорее всего в том, что кофе
уже давно она заваривает по утрам сама и пьет его одна. Она смотрит своими
темными глазами в окно на просыпающийся город, чувствует одиночество, но
радость тихо возвращается. И она не уверена, что хочет что-то изменить в
своей жизни. Разве что можно поэкспериментировать с рецептом утреннего
кофе. А сейчас пора на работу.

В обеденный перерыв она, изменив вдруг своим привычкам, пошла одна в
маленькое кафе за углом и села за столик в дальнем углу зала у окна, и заказала
кофе. За окном пошел сильный дождь. Кофе и дождь смутно напомнили ей сны.

О ЧЕМ НАМ ХОТЯТ СКАЗАТЬ СНЫ?





ЧАСТЬ 2

Делаю шаг – и я уже в сумерках, где последний луч солнца недавно забыт.
Неправда – это не плоскость без цвета и жизни. Это многомерная сказка, оку-
нуться в которую дано каждому, но многие ее боятся, ведь здесь их душа об-
нажается и становится такой открытой и уязвимой. Здесь звуки и запахи сильней
и острей, только надо быть готовым это чувствовать. А серый цвет имеет тысячи
оттенков.

Может, я просто безнадежно влюблен был в те серые глаза, что где-то видел
много раз, а в сумерках они растворяются и уже не тревожат. В сумерках все глаза
почти одинаковые. А как же твои глаза? Вот они совсем рядом… то карие, то чай-
ного цвета, то цвета шоколада – глаза моей мечты… А когда приходят сумерки и
берут в свой плен, твои теплые, чайно-шоколадные глаза становятся все про-
хладней и темней, а потом совсем черными.

Кто ты? Как тебя узнать? В твоих глазах живет ночь и вся Вселенная, я вижу в
них лунное мерцание. Накатывает одиночество. Шевелю пальцами левой руки и даже
во сне помню, что рядом со мной спит мой спаниель Чарли. Иногда я зову его
Чарльзом, и он гордо вскидывает голову, идя со мной шаг в шаг. Я вспоминаю это, но
мысли возвращаются обратно в сон.

С каждым событием, которое мы воспринимаем для себя как важное, значительное,
мы меняем в какой-то степени свое представление о реальности вокруг нас.

Но может ли так повлиять на нас только сон? Не знаю. Не уверен. Но когда я уже
проснулся и понял, что это был сон, то почувствовал, что лежу в утренней игре полу-
тонов света какой-то другой. Что же все-таки случилось или должно случиться? Это
предчувствие. В сердце рядом тоска и надежда.

Но все терпимо. Кофе он варить не стал. Собрался и ушел на работу. Навстречу сле-
дующей ночи, следующему сновидению.




О ЧЕМ НАМ ХОТЯТ СКАЗАТЬ СНЫ?




ЧАСТЬ 3

Ночью вокруг него рождалась бесконечность. Сначала постепенно отодвигались в
непроницаемую черноту ночи стены, затем более близкие предметы. Мысли не успе-
вали за рождающейся и убегающей черной бесконечностью, а потому прекращали
свой бег и на несколько мгновений замирали.

Возникала потрясающая пустота, пугающая и очаровывающая – полусон, полуявь.
И под ним уже не кровать, а тоже бесконечность. И он висит в пространстве, но не
как невесомый призрак или тень, или потерявшее земное притяжение желание, а
вполне реальный человек с нормальным весом, и никуда не падает, и не улетает.
Если есть интерес, можно немножко покачаться: влево-вправо, вниз-вверх, но совсем
немного, чтобы не уснуть (или не проснуться!).

Теперь надо медленно повернуть голову вправо: он это откуда-то помнил. Перед
его взглядом возник проем, напоминающий окно, в котором черная бесконечность
была уже не такой абсолютно черной, а приобретала зеленовато-лунный оттенок и
не была застывшей, а струилась.

Он быстро закрыл и открыл глаза – ничего не изменилось. Пришлось успокоиться и
привыкать к изменчивым линиям струящегося потока. Вскоре в этом потоке выделилась
одна прямая бело-серебристая нить, но стальную она не напоминала, скорее платино-
вую или титановую. Вдалеке на ней возникла маленькая грациозная фигурка, которая,
не меняя положения, стала плавно приближаться, но остановилась на каком-то рассто-
янии. Это расстояние трудно было выразить в метрах или километрах, но рассмотреть
фигурку можно было в мельчайших деталях.

Это была девушка. На ее бледно-матовом лице выделялись темно-коричневые с
вишневым оттенком глаза. Мягкая линия губ не могла смягчить пристальность взгляда.
Вскоре он понял, что девушка не была крохотной, она была, пожалуй, даже высокой,
но казалась очень легкой. Она ведь сидела на тонкой нити или луче, и не было заметно,
что ей неудобно сидеть.

Вначале ему казалось, что незнакомка его не видит. Но вот она повернула к нему
свою головку с темными до плеч волосами и махнула ему рукой. Ее улыбка преобра-
зила ночь в вишнево-медовый янтарь.

Надо встать и идти, обязательно идти. Ему было очень важно просто сидеть ря-
дом с этой девушкой и вместе с ней смотреть на струящейся поток этого чего-то. Но
как пройти по такой тонкой нити! А если он упадет в этот поток, что будет? Он сде-
лал шаг, второй… Идти оказалось долго. Но вот она уже рядом:

- ты так долго добирался, уже уходит луна, исчезают лучи. Мы не успеем погулять или
посидеть рядом сейчас. Возможно, встретимся завтра. А сейчас наступает рассвет, и
мне нужно убегать с моим лучом, а ты со мной не можешь идти.
- Возьми меня с собой,- попросил он.
- Тебе нельзя со мной сейчас, возвращайся в свою реальность,- тихо ответила девушка,-
меня ты еще встретишь, ты меня узнаешь.

Она была уже далеко, но голос, напоминающий линии и искры струящегося потока
был еще слышен. И он запомнил, что не надо бояться этого струящегося потока. Нить или
луч под его ногами исчез, и он начал падать, но испугаться не успел, потому что про-
снулся.

В сердце осталось немного тоски, немного надежды. Но все было терпимо. Можно
было собираться и идти на работу, и идти навстречу следующей ночи, сну, встрече.

В обеденный перерыв он, изменив своим привычкам, пошел в одно маленькое кафе
за углом. Он вошел в кафе, огляделся, где бы присесть, и застыл, но только на несколь-
ко мгновений. Он пошел к столику, за которым сидела девушка с темными, почти виш-
невыми глазами и смотрела на дождь за окном. Это была она, девушка из ночного
сновидения. Он узнал ее только теперь, хотя знал ее уже давно и даже иногда с ней
разговаривал.

Сидеть рядом и смотреть на дождь, на струящийся поток воды было так уютно.